Инвестирование Донбасса бизнесменами из Европы начнётся с Луганска

В начале сентября в Луганске презентовали Международную инвестиционную корпорацию Донбасса (МИКД) Капитал групп. Эта корпорация привлекает иностранных инвесторов в Луганск, Донецк и другие города Донбасса. Корреспондент информационного агентства «Исток» побеседовал с гендиректором корпорации Янусом Путконеном и узнал подробнее о будущем инвестировании в регион.

– Как появилась идея организовать Международную инвестиционную корпорацию?

– Я уже три года работаю в Донбассе и, будучи в Донецке директором новостного агентства DONi News, смог многое увидеть в регионе. Я встретил десятки людей с Запада и России, которые заинтересованы заниматься бизнесом на Донбассе, я беседовал с ними и как журналист я понимал, что есть определённые трудности перед иностранными инвесторами. Чтобы развивать международное сотрудничество республик Донбасса, необходимы некоторые усилия и доверие. Впервые я столкнулся с этой проблемой два года назад, а моё непосредственное участие в решении этих проблем началось в этом году.

Нужен представитель, через которого будут проходить все возможности. Так как это бизнес, он не может быть государственным, также этот бизнес не может представлять частное лицо, так как в Донбассе есть риски и угрозы, за которые частное лицо не сможет нести ответственность. Я понял, если я не буду собирать воедино все контакты в Финляндии и Донбассе, то желание участвовать в развитии Донецкой и Луганской Народных Республик не будет конкретизировано. От информации до действий необходимы были бизнес-планы. Лично я вижу большой потенциал в Луганске. Я долго находился в Донецке, где работал, видел очень много интересного, но в целом наблюдал похожую ситуацию в обеих республиках, поэтому было принято решение сконцентрироваться на Луганске и начать отсюда. Этим летом сюда уже приезжала группа иностранных инвесторов, и это было очень важно, потому что с их помощью я смог закончить бизнес-план, эти люди в будущем будут служить на благо Донбасса.

Но с другой стороны, я чувствую большую ответственность перед людьми Донбасса, так как нет конкретного определённого решения проблемы, поэтому мои действия пошли в коммерческое русло. Мы долго занимались подготовкой проекта, и уже появилась ответная реакция после презентации корпорации: по четырём конкретным проектам началась разработка и общение с инвесторами. Когда эти проекты будут реализованы, они повлияют на жизнь всех. Моя главная мотивация и цель – это создание новых рабочих мест и то, что я всегда буду предлагать своим партнёрам – не только зарабатывать, а и принимать участие в решении социальных проблем и социальном развитии Донбасса.

Конечно проект развития и строительства республик очень сложный, и я наблюдал за развитием в Донецке и Луганске, но если мы подключим международных партнёров, то сможем сделать в Луганске многое. В Луганске у людей есть огромный потенциал. Я наблюдаю и исследую бизнес-структуру, которая очень сильна и я думаю, в сфере социального развития Луганск имеет больший потенциал с участием международных партнёров.

– Так исторически сложилось, что в Донецке сосредоточено больше бизнес-компаний, а Вы считаете, что в Луганске в этом плане больше перспектив, почему?

– Потому что Луганск – большой город, но не сильно большой, есть определённые преимущества для толчка в развитии, потому что все держатся вместе и связаны друг с другом. Какая-то определённая местная ментальность этому способствует. Для государства, для нормальной работы бизнеса и для социального развития эта ситуация положительная, так как все знают друг друга, поэтому социальные нити очень крепко соединены вместе. Сразу могут быть найдены нужные инвесторы, необходимые потребители и другие участники бизнес-процесса. В Финляндии, где много территориально разделённых земель, заметно, что часто бизнес более прибыльный в сельской местности, чем в городах. В плане производства и развития промышленности, я думаю, у Луганска потенциал больше. Конечно, время покажет возможности Луганска.

Донецк тоже часть промышленной зоны Донбасса и если у нас будет какое-то местное производство товара, то будет удобно находить сбыт в Донецке, но эти товары должны где-то производиться и для этого необходимо место, где люди будут жить и работать на этом производстве. Чтобы управлять успешной компанией нужны люди, которым можно доверять. В Луганске у жителей высокий уровень образования, так что в плане организации производства Луганск очень подходит.

У меня есть свои личные планы касательно Донецка, которые также помогут развиваться региону. Когда такие проекты стартуют, то все начинается с основных производственных элементов, поэтому сейчас мы концентрируемся на логистике и инфраструктуре, которые являются основой всему. Очень важна хозяйственная сфера и техника, так что мы будем начинать с основополагающих вещей. Также будем работать в сфере социального развития, я буду активно продавать инвесторам идею социального развития Луганска. Это будет приносить пользу всем жителям, у людей будет позитивное впечатление и ощущение, что что-то развивается. Создавая рабочие места, неплохо будет создавать и места для отдыха, где люди смогли бы тратить заработанные деньги.

– Не бояться ли европейские инвесторы санкций из-за работы в Донбассе?

– Поначалу, два года назад, они были сильно напуганы, но Украина не сильно успешна в создании проблем таким людям. Всё меньше и меньше стран в Европе хотят принимать чью-либо сторону в этом конфликт, так как сами не понимают, что в действительности происходит в Донбассе. Поэтому украинское правительство и их посольства как будто кричат в пустоту. Блокада Донбасса со стороны Украины считается незаконной в глазах мировой общественности и всё-таки западные страны хотят уменьшить конфронтацию и борьбу с Россией и не желают, чтобы эта ситуация приводила к большим проблемам.

Война уже очень долго длится и она уже начинает играть нам на пользу, потому что западные страны уже сдержанно относятся к этому конфликту и не участвуют в борьбе. В основном европейские бизнесмены имеют торговые связи с Америкой и именно США действуют непредсказуемо, с этой стороны исходит угроза, поэтому нашим инвесторам мы предоставляем анонимность. Из-за этого бизнес-план сделан так, чтобы обеспечить анонимность, а уже от инвесторов зависит, хотят ли они работать публично или конфиденциально. Конечно, я несу полную ответственность за то, что эта корпорация будет делать, а мне всё равно, если меня будут ненавидеть США, это просто будет взаимно.

– То есть европейские бизнесмены не понесут финансовые или репутационные потери из-за работы в Донбассе?

– Давайте сначала посмотрим, как получится; мы будем учиться на ошибках. Я сейчас хочу сконцентрироваться на финских компаниях, потому что они дали обещание следовать международным законам. Так как Финляндия является частью Всемирной торговой организации, у финских компаний есть возможность заниматься бизнесом там, где они хотят. Финское правительство не признаёт экономическую блокаду в Украине, поэтому мы требуем того же от правительства Финляндии в плане бизнеса – чтобы они уважали законы бизнеса и не препятствовали работе компаний в Донбассе. Нам действительно нужно добиться успеха и иметь позитивные примеры. Если у нас не получится добиться успеха с финским правительством, мы пойдём договариваться с другим. Мы найдем выход, как вода находит себе путь.

– Какие плюсы есть в экономической ситуации ЛНР и ДНР?

– Мы вошли в большую торговую войну между Западом и Востоком. И когда мы говорим о стабильной экономике, нет ничего более стабильно, чем рынок без долгов и займов. Основная угроза в высокоразвитом обществе как Финляндия, где 95% оборота торговли происходит безналичным расчётом, что система может быть разрушена. Мы это же наблюдали в Донбассе в 2014 году, когда нельзя было получить деньги из банкоматов и безналичные расчёты были невозможны. Эти угрозы очень видны и геополитическая ситуация накалена. Я считаю, что из-за этого могут произойти самые страшные вещи и даже третья мировая война. Но в Донбассе бабушка идёт на рынок и продолжает покупать и продавать – это единственный рынок, готовый к экономическому кризису. Ценность этого факта и положения вещей ещё недооценена по достоинству; если что-то случится, то люди в Донбассе поймут, что находятся в самом безопасном месте в мире.

Со мной очень мудрые предприниматели, которые понимают, как это работает и они хотят получать наличную прибыль в рублях. Так как рубли и юани – это единственная валюта, подкреплённая золотом. Доллары и евро основаны на займах и долгах, и ценность этих долгов может быть разрушена за ночь. Если произойдёт какая-то валютная война, то мы поймём, что рубль и юани подкреплены золотом. Очень богатые люди задумываются о прибыли, которую они заработали в наличном виде.

– А какие негативные факторы для ведения бизнеса в Донбассе?

– Всё основано на надеждах, но война – это зверь, поэтому управление рисками должно быть сделано качественно. Возможно, бизнес будет работать правильно, но каждый день менеджмент рисков должен работать над тем, как найти решение и выйти из определённых ситуаций. Моя задача – устранить риски до минимального уровня, когда я это делаю, то служу интересам инвестора, но в то же время я напоминаю себе, чтобы это мы не делали за счёт людей, поэтому я не могу принимать решения, которые перенесут риски на плечи местных потребителей. Для этого мы сотрудничаем с правительством, чтобы честно распределить риски. Мы по несколько предложений передали в министерства и по каждому проекту мы пытаемся найти точки соприкосновения, чтобы было выгодно всем. Самое важное в этом – делать всё прозрачно. Все должно быть сделано так, чтобы потребители, которые нуждаются в этом, понимали, как это происходит и с другой стороны люди, которые занимаются бизнесом, также владели всей информацией.

Я предлагаю правительству все возможности для участия в этом, чтобы правительство всегда могло следить за общими интересами потребителей. Когда мы разделяем и понимаем риски вместе, то при их увеличении у нас будет возможность справиться с этими рисками так, чтобы не потерять инвесторов. Например, у нас есть инвесторы, которые хотят продавать в Донбасс сельскохозяйственную технику, но проблема в том, что у фермеров нет денег, чтобы купить эту технику. Поэтому нужен лизинг – сдавать технику в аренду, но на какие сроки? Кому-то нужно будет определить правила. Все это нуждается в кооперации на разных уровнях, есть обычные модели ведения такого бизнеса, но в этих моделях не учитывается, что тракторы будут ездить по территории, которая может обстреливаться. Именно поэтому необходимо специальное управление рисками. Моя работа – собрать всю информацию, изучить её и принять такое решение, которое будет прибыльным как для инвесторов, так и для потребителей.

– Что касается правил, вы уже изучили законодательство ЛНР? Чего не хватает в нём?

– Для начала должны заработать суды, но даже это нашей корпорацией просчитано в управлении рисками. Во время беседы с министром промышленности и торговли ЛНР мы обсудили, что будет предпринято, чтобы обезопасить инвестиции. А пока я вижу, что в ЛНР по крайней мере есть желание справиться с этими проблемами. Я оптимистично настроен в этом плане, потому что я должен быть уверен и иметь полную информацию, заключая договоры с инвесторами.

Мы пытаемся собрать успешные идеи из разных стран мира и воплотить их в жизнь в Донбассе. Это управление нуждается в креативном мышлении и работе. Например, мы хотели бы создавать общественные тендеры, чтобы все желающие компании могли принять в них участие, вместе с исполнительными органами власти мы можем опереться на связанные социальные нити и это будет создавать устойчивую основу. Так как проект публичный, то люди будут знать о нём и благодаря этому проект пойдёт в правильном направлении. Конечно же, организация тендеров нуждается в регулировании, потому что не все смогут участвовать в тендерах.

– В Донбассе продолжается война и как инвесторы смотрят на это?

– Это индивидуально и зависит от каждого. Сейчас у нас в команде 12-15 человек и в общем нельзя передать отношение к этому. Конечно, кто-то делает это ради денег – просто бизнес, капитал на Западе ищет дополнительные возможности. Патриотизм – это серьёзное движение во всей Европе и мои усилия направлены на то, чтобы было понимание ситуации инвесторами. Но, конечно, я понимаю, что бизнес – это бизнес, если кого-то интересует бизнес в Донбассе только ради денег, то у них есть на это право.

– А какая у вас команда?

– Для меня до сих пор удивительно как много людей вовлечены в это дело. Конечно, сейчас идет только подготовка к реализации проектов и многие специалисты пока не нужны. Когда начнётся реализация проектов, тогда потребуются руководители, управляющие проектами, бухгалтера и другие специалисты. Но это в будущем, а пока посмотрим, как пойдёт. В центре Луганска много пустующих бизнес-центров, возможно они будут очень кстати.

© miaistok.su, беседовала Алина Заец

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.